В год 95-летнего юбилея морпорта «Няръяна вындер» продолжает рассказывать о ветеранах порта и сегодняшних тружениках
Морской порт Нарьян-Мара... Предприятие, имевшее в годы бурного развития округа неоценимое значение – и для экономики страны, и для судеб сотен и сотен наших земляков.
Для ветеранов морского порта родное предприятие – это вообще все помыслы, надежды и воплощённые мечты, яркие воспоминания молодости – вся их жизнь...
Начало большого пути
Пожалуй, все мальчишки в портовых городах мечтают стать капитанами. Или почти все – кроме тех, кто мечтает стать космонавтом. На то они и мальчишки.
Фёдор Матвеевич Чернега. Капитан, ныне пенсионер, ветеран порта, остающийся преданным родному предприятию. В Нарьян-Марском морском порту работал всю жизнь.
– Я вообще-то не здешний, как говорится, «сами мы не местные» – родился в Одесской области. А здесь служил в погранвойсках, в морской части. В то время ещё иностранные суда заходили на лесозавод, – вспоминает мой собеседник. – Тогда и встретил здесь девушку, у которой, как в песне поётся, «полумесяцем бровь». После службы поехал домой, но девушка та не выходила из головы. Молодой же был, 21 год всего, тогда три года служили. Потянуло в Нарьян-Мар, вернулся, в порт устроился. Это было 9 сентября 1974 года, как сейчас помню. Порт тогда был большим предприятием, народу много требовалось, человек 400 работало.
В порту постоянный коллектив был немаленький, а на лето, на сезон, ещё приезжали. Постоянно направляли студентов на практику, в том числе и из родной нашему герою Одессы.
Начальником порта в ту пору был Геннадий Фёдорович Юдин, а главным инженером – Юрий Николаевич Григорьев.
Молодого дембеля сразу направили сменным механиком на плавучий кран, помощником кранмейстера, – пригодился диплом механика, полученный после окончания армейского училища, такие дипломы уважали на производстве.
Начальником грузового района был Геннадий Николаевич Зелёненький.
– А жена его тоже в порту на кране работала – по фамилии Чернуха. Вот такая радуга
семейная, – улыбается ветеран. –
А в 1975 году мне предложили поехать в Архангельск на курсы судоводителей. И вот я поехал туда, мы учились полгода, наверное, сдали на судоводителя. Хорошие удостоверения получили. Юдин купил тогда за 4 тысячи рублей по тем деньгам два рабочих рейдовых катера – РБТ. Мне предложили быть старшим механиком. И 12 лет там отработал на рейдовых работах – краны, баржи таскали.
Кипит бессонная в порту работа
В конце 80-х механик Чернега снова учился на курсах в Архангельске, получил диплом капитана-механика второй группы судов.
Предложили идти капитаном на пассажирское судно «Пустозерск» – в 1994 году порт приобрёл три пассажирских судна: «Пустозерск», «Ясавэй» и «Россихин». И отработал герой этой публикации на перевозке пассажиров капитаном 22 года. Пенсию оформил в 51 год, но трудился ещё 10 лет. И уже 10 лет он на заслуженном отдыхе.
– Работа в порту не прекращалась день и ночь, – вспоминает ветеран труда. – Три бригады по 35–40 человек трудились. Ночью летом – и так светло, осенью включали освещение, краны работали бесперебойно. «Гансы» новые тогда появились при начальнике порта Геннадии Фёдоровиче, выгружали, перегружали, очень много судов ходило. Первый причал был для речников, речные суда приходили, баржи с продуктами. А второй, третий, четвёртый – там уже морские суда стояли. По два, по три стояло у причала, и на рейде ещё немало. И все работали, всё интересно было. Трудились такие известные докеры как Качанов, Порухин, Пиковский. Время на разгрузку строго ограничено, не уложишься – штрафные санкции, но удавалось справиться.
Выгружали-грузили в порту очень много в те времена, судов было много, заходили даже пятитысячники. Грузы для геологов – балки, габаритные грузы. Уголь на Амдерму возили баржи из Воркуты. Лоцманская служба проводила суда морские – Блохин, Бараничев, Савинский, Хренов – известные лоцманы.
– Работа кипела, – вспоминает капитан Чернега. – И фарватер всё время чистили – через год или через два. Заходили онежские или северодвинские суда, специальные землесосы – по месяцу и более песок намывали, углубляя русло.
Общественная жизнь в порту также была интенсивной, насыщенной. Фёдор Матвеевич был дружинником, членом комиссии и председателем на выборах, заведовал агитпунктом. Народным заседателем в суде работал 5 лет.
– Короче, весёлая жизнь была. Или просто мы моложе были. Тогда и в клубе всякие мероприятия охотно посещали. На танцы ходили, конечно, в молодости. Танцы в ДК обязательно в воскресенье. Когда навигация закрывалась, торжественно в столовой на Сапрыгина отмечали. Обязательно – награждение передовиков, подведение итогов и – неофициальная часть в Красном уголке – веселье, общение, – оживляется собеседник. – Большой Красный уголок-то был. На Новый год – ёлка обязательно, после 12 все собираются...
Нарьян-Мар – вторая родина
Всё это было потом. А раньше, в 1974-м, и свадьбу сыграли – с той самой невестой, Татьяной.
Уже 52 года супруги Чернеги вместе, награждены медалью «За любовь и верность».
Жили молодые сначала у тёщи, на улице Ленина, потом получили комнату на улице Пырерки, в бывшем кулацком доме, около садика «Кораблик». И лишь затем получили квартиру на Первомайской. Порт интенсивно строил жильё, хорошо строили, для себя. Докеры летом работали на причале, зимой становились строителями. Ставили дома на бетонных сваях, не на деревянных, чтобы никогда не гнили, никуда не съезжали. До сих пор дома все крепкие стоят.
Фёдор Матвеевич и Татьяна Николаевна троих детей воспитали. Старший сын Константин – росгвардеец, младший Артём – водитель на скорой помощи, дочь Елена – в администрации окружной. Есть и внуки – пятеро, старшему уже 25, младшая внучка – второклассница.
– Семья – это берег мой, надёжный причал, – признаётся Фёдор Матвеевич. А работа, соответственно, – русло жизни. Надеемся, что дождёмся когда-нибудь и правнуков. Пока работали, думали, медленно идёт время. А на пенсию вышли, что-то больно быстро катится. Мы с женой ходим гулять в лес по тропе здоровья, километров 10–15. А ещё сейчас ягоды, грибы – зима длинная, витамины нужны, внукам особенно.
Жизнь была хорошая
В беседах с ветеранами практически неизбежно возникает момент, когда становятся ненужными вопросы корреспондента – вся жизнь собеседника словно встаёт перед его глазами, всё передуманное и не единожды припомнившееся переосмысливается в очередной раз – не надо только мешать – переосмысливается и словно бы подытоживается прожитое и пережитое.
– Жалею ли я, что связал свою жизнь с Севером, с портом? Нет, конечно, – ненадолго задумывается заслуженный ветеран порта. – Мне повезло в жизни. Можно так сказать даже: счастливую карту вытащил. Очень нравилось! На пассажирском судне работал, с людьми – 22 годочка, с коллегами-профессионалами было комфортно. Какая-то перспектива была. В садик на очереди стоишь, ребенок родился – получай ему место. И жена перешла трудиться в портовский садик. Потом на кораблике работала, так что она тоже морячка в какой-то степени. Были очереди на квартиру, работаешь честно – и квартиру получаешь. Какой-то стимул. В конце года 13-я зарплата, премии большие, если без грехов отработал. Так что такая жизнь была, хорошая. Не жалеем нисколько...
