Недавно на страницах «Няръяна вындер» мы представили нашего автора и земляка, уроженку деревни Тошвиски, самобытного художника и прозаика Татьяну Корепанову

Сейчас она живёт в Вологде. Но сердцем остаётся в НАО. Сегодня предлагаем вниманию читателей маленькие рассказы Татьяны Алексеевны, ненавязчиво погружающие в омуточки хрустальной чистоты и прелести исконного народного языка, жизнелюбия и мудрости северян, которые автор буквально рисует бережной кистью благодарной памяти своей и так и называет: «Зарисовки».

Житейская мудрость

Ещё с порога бабушка Ульяна кричит:

– Маша, ты дома?

– Дома, дома, недавно с дойки пришла, проходи – гостьей будешь, чай попьём!

Мама поставила на стол вскипевший самовар.

– Я добрый чай заварила – индийский, с тремя слонами, вот тебе сахарок колотый, – и двигает поближе к ней сахарницу, – знаю, любишь пить чай вприкусочку. Сливочки свежие, вчера перепускала молоко, не успели ещё загуснуть, макай хлебушком. Вот плюшки, пеку частенько, пока дети на каникулах, балую их.

– Гдейно у тебя робята-то?

– Дома, спят ещё, время раннее, пусть поспят…

– Ей богу, бат не малы дети, уж робить пора, день наставлять!

– А тебе что неймётся, бабка Ульяна?

– Дак день-то погожий, землю нать копать, она ведь ждать не будет, когдысь соберётесь, пересохнет.

Мы с братом услышали её говорок, она старается говорить погромче, чтобы нас разбудить, поднять с постели. «Да встаём уже!» – кричим мы из другой комнаты.

Напилась гостья чаю и пошла домой, идёт по мосточкам, а мы вслед смотрим из окна и рассуждаем: вот ей уже за восемьдесят лет, а всё выглядит как молодушка – худенькая, росточком небольшая, фигурка словно точёная, спинку прямо держит, после баньки вообще ни одной морщинки.

Не помним, чтобы хоть раз она в медпункт обращалась, питается самой обыкновенной едой: пареной репкой, помачкой из солёной рыбки да с картошечкой, то из ухи рыбку хлебушком размочит да им и подберёт, овощной супчик, кашку. С утра в русскую печь поставит в чугунках, на целый день ей еды хватает. В молодые годы овец держала, так и еда была другой. Сейчас только то, что здоровье позволяет. Православные праздники соблюдает... Вспомнили всё, что знали о ней.

Позавтракали мы и пошли к бабушке Ульяне грядку копать. Дом её находится на окраине деревни, у леса, стоит на низком месте, поэтому поднят повыше над землёй, выглядит как теремок. Грядки расположены напротив окон. Предложили помочь грядку выкопать.

– Ой, што вы, божёны, покамест ешо сама управляюсь.

Мы с братом начали копать землю с одного края. Копаем и оглядываемся назад – много ещё, как она медленно убывает. А бабушка, непонятно зачем, стала перекапывать середину своей грядки. Вскопала и предложила передохнуть:

– Подьте в избу, нынче угошу вас кваском, как раз доспел. Онна живу успевает дойти, не то, что у вас – покамест все опробуют, так на донце квас остаётся.

После знатного кваску дело сразу заспорилось. Смотрим, а бабуля перекопала кусочек земли с одной стороны грядки, потом с другой и закончила наравне с нами. Вот тогда-то я поняла, почему она вначале среднюю часть перекопала, а потом оставшиеся крайние: они казались такими маленькими, что хотелось за один раз их выкопать. Вот где она – житейская мудрость!

На следующий день мы пришли к ней сажать картошку и обомлели, когда сравнили её и нашу грядки. У неё словно просеянная через сито и ровная, как кирпичик, по нашей же как будто трактор с плугом проехал. А мы ещё помощь предлагаем…

Житейская мудрость помогла бабушке Ульяне дожить до ста лет. Пережила она всех своих детей, но мы ей об этом уже не сообщали – пусть живёт спокойно, у каждого свой век. Только ещё больше стали о ней заботиться – отец и братья воды привезут, дров. Нас она всегда ждала: то шанежки на ржаной муке испечёт, то квасок предложит, то песенку затянет на весь вечер, а мы лежим на печи и слушаем, когда ночь нас там и застанет. Радостно было видеть её в здравии, называли между собой «вечной».

…Много лет прошло с той поры, а мы нет-нет да и вспомним с улыбкой про житейскую мудрость бабушки Ульяны.

По грибы

Так быстро собирать грибы мне ещё никогда не приходилось. Как-то договорились с родственниками о походе за грибами, если, конечно, позволит погода. Да и не только она, надо было ещё тёщу брата уговорить посидеть с ребёнком. Та согласилась, но поставила условие: «Только на два часа!».

Экономя время, мы доехали на такси до леса – к первой Томарке, так называется тундровая речушка. Сразу договорились с водителем о дороге назад, мобильных телефонов ещё в помине не было.

Трудно было это назвать неспешным сбором грибов. Если смотреть со стороны, не иначе как марафонский бег. По пути встретилась землянка, так хотелось заглянуть внутрь и узнать кто её обитатель, но брат напомнил нам о времени и мы двинулись дальше, даже не замечая вокруг лесной красоты.

Грибы стали сразу встречаться, но были они крупные и червивые, собирали их, подпинывая ногой, и только шляпки. Вдруг из-за поворота выехали мотоциклисты, остановились напротив нас и сообщили: «Если пройдёте ещё немного вперёд, то там грибов немеряно, и все маленькие».

Мы высыпали набранные грибы у дороги и ринулись вперёд. Действительно, те стояли то россыпью, то кучками, самые отборные: белые, боровички...

Посмотрели на часы, по времени должны быть уже у машины, а мы ещё находимся на бору у второй Томарки. Брат скомандовал: «Идите за мной, а я задержу такси». Часть своей поклажи оставил нам, чтобы бежать налегке.

Как только он скрылся, мы переглянулись между собой и поняли, что без него можем сбиться с дороги – часто встречались развилки, которые могли увести в другую сторону. Поэтому поспешили за ним, не теряя из виду, и уже не обращая внимания на встречные красивые грибочки.

Такси стояло на месте, брат опоздал немного, поблагодарил водителя за ожидание и уговорил ещё чуть-чуть подождать: «Вот уже скоро подойдут женщины…». Не успел он договорить, как услышал: «Мы здесь!»

Всю дорогу, пока ехали, он расспрашивал нас:

– Как вам удалось так быстро дойти?

– А мы бежали за тобой следом!

Надо было видеть глаза брата, в них отражалось всё: удивление, недоумение, восхищение!

Весна

Мне из весенних месяцев больше всех по нраву апрель. Мил он тем, что солнышко дольше светит и греет ощутимее. И ещё: идёшь по лесу, а ноги не проваливаются в снег, наст настолько крепкий, что выдерживает вес человека.

Днём солнце палит, а ночью мороз – вот и становится он как корка.

Мне нравится бродить по бору просто так, хоть целый день. Слушать тишину – она такая звенящая, что оглохнуть можно, а воздух после снегопада свежий, как после дождя, дышится легко. Берёзки стоят тихо, опустив тонкие ветки до самой земли, а на искрящемся снегу можно прочесть «послания» лесных зверушек и птиц.

Однажды прохожу мимо ели, а под ней лежит шелуха от шишек. Думаю, кто же мог так их размолотить? Да и под другими елями то же самое. Оказывается, это птица – щур обыкновенный, случайно посчастливилось увидеть, как он орудует над шишкой. А ещё в апреле многие птицы возвращаются к нам. Слушаешь их и радуешься.

Как-то, набродившись, от усталости присела на пенёк, повернув лицо к солнышку. Мимо проходит женщина с собачкой, как чеховская дама, даже не удостоив меня вниманием. Немного погодя прошёл мужчина, тоже с собачкой, – разгуливают они словно по парку. Посмотрел на меня, остановился и спрашивает: «Вам плохо?» Отвечаю ему с улыбкой: «Спасибо, мне очень хорошо!»

И в самом деле, прогулка по лесу – отменный отдых, заряжаешься от природы и бодростью, и хорошим настроением.

Татьяна Корепанова, г. Вологда