Жарким июльским днём 1946 года на улицах Нарьян-Мара появился офицер

Никого военной формой в первый послевоенный год удивить было нельзя. Половина населения страны донашивала потёртые гимнастёрки и кители цвета хаки. Этому же бравому брюнету многие горожане с удивлением смотрели вслед.

Непривычно выглядел щеголеватый тёмно-зелёный мундир с блестящими серебряными жгутами на воротнике, элегантная, чуть смятая набок, конфедератка с одноглавым орлом и крупной звездой на тулье. На груди переливались на солнце позолотой и эмалью советские ордена и польские кресты. Зачем этот красивый пан появился в Нарьян-Маре? Офицер только улыбался на недоумённые взгляды нарьянмарцев – он приехал на родину. Майор Войска Польского Василий Дитятев ровно тридцать лет назад родился здесь, на берегах Печоры.

Место рождения – Печора

Он появился на свет ясным мартовским днём 1916 года в старинном селе Великовисочном Пуст­озерской волости, в то радостное время, когда весеннее солнце уже высоко всходит на небосводе. Многие поколения Дитятевых крестьянствовали – держали скотину, занимались рыболовством. С ранних лет в семье детей приучали к труду: помогали на сенокосе, ухаживали за животными, участвовали в промыслах, заготавливали дрова, собирали ягоды да грибы. В школу ребятишки ходили две-три зимы, и этого считалось вполне достаточным.

Но Василию повезло, в Великовисочном в 1928 году открыли 7-летнюю школу крестьянской молодежи (ШКМ) – первую в нашем крае. Трёхгодичные занятия включали в себя курс единой трудовой школы и практические дисциплины по рыболовству, кузнечному ремеслу, животноводству. Летние месяцы ученики проводили на путине в устье Печоры. 1 октября 1931 года Василий Егорович Дитятев получил справку № 48 об окончании ШКМ. И снова судьба – осенью объявил набор Ненецкий комплексный техникум народов Севера, только что созданный в селе Оксино.

Его однокурсник А.И. Рожин вспоминал спустя десятилетия: «Первый ненецкий техникум открылся. Со всей Печоры и тундры молодёжь собралась. Даже с Новой Земли приехали. Учились мы жадно и весело». Кроме того, студенты помогали колхозу «Безбожник» в заготовке сена и дров, распространяли займы среди населения, агитировали на выборах, ликвидировали неграмотность. Весной, во время половодья, ловили водяных крыс для выполнения плана заготовок пушнины. Жили в тесноте, печки топили рубленым сырым ивняком (ни жара ни пара – шутили ребята). Время было голодное, карточное. Почти всю зиму в столовой подавали «изысканный» набор блюд – суп из наваги, пшённую кашу, кисель из обрата да чай с хлебом. Многие ребята болели цингой, туберкулёзом, чесоткой, многие уходили по материальным причинам. Василий все три года учился хорошо, был выбран старостой курса и 1 июля 1934 года в числе первых выпускников педагогического техникума получил диплом № 7.

Учитель – это звучит гордо

Началась его педагогическая поэма. Сначала работал учителем в Коткинской ненецкой начальной школе, а в 1935/36 учебном году руководил Юшарской начальной школой. Командировали в Хабарово преподавателей обычно на один год из-за очень тяжёлых условий труда: здание маленькое, тесное, постоянная пурга, трудности с дровами.

В 1938 году Василий Георгие­вич перебрался в Архангельск, где поступил на заочное отделение филологического факультета педагогического института. Одновременно работал учителем в школе № 46 г. Архангельска. В личной жизни тоже был полный порядок – молодая жена Александра, родился сын Эдик. В июне 41-го он сдал сессию за третий курс института и находился в прекрасном настроении. Впереди были два месяца отпуска. Но в 12 часов пополудни 22 июня 1941 г. нарком иностранных дел Молотов объявил всей стране – началась война с фашистской Германией.

Калибр – 45 миллиметров

В сентябре 1941-го Василий Дитятев надел военную форму. Как имеющего среднее образование его зачислили на курсы младших лейтенантов при штабе Архангельского военного округа. Будущие младшие лейтенанты за несколько месяцев ускоренного курса должны были усвоить военные знания командира взвода. На фронте их ласково называли «Ваньки-взводные», и абсолютное большинство этих молодых парней гибло в первых же боях.

23 февраля 1942 года курсант Дитятев принял присягу, а через два месяца получил «кубик» младшего лейтенанта на чёрные артиллерийские петлицы. Стоит отметить, что Василию Георгие­вичу снова немного повезло. В штабе Волховского фронта молоденьких командиров распределили по частям. Наш герой получил направление в 23-ю отдельную стрелковую бригаду 2-й ударной армии. В мае эта армия находилась в глухом мешке у Мясного Бора, а остатки бригады удерживали горловину прорыва. Прибудь он на месяц раньше, и вполне мог бы оказаться в пекле, в той самой Долине Смерти. После выхода из окружения бригаду быстро пополнили, и младший лейтенант Дитятев стал командиром батареи 45-миллиметровых противотанковых пушечек.

Кто-то из ветеранов очень правильно заметил: «Лётчики при превосходстве противника могли выйти из боя, как и при определённых условиях и танкисты. У противотанкистов-артиллеристов такой возможности не было. Им в каждом бою было суждено – или остановить врага, или погибнуть». Лёгкие, мобильные сорокапятки находились в боевых порядках пехоты и первыми встречали натиск танков и солдат противника. Против бронетехники имелись болванки, против панцергренадеров – осколочные снаряды и картечь. Это только в фильмах немецкие танки горят как спичечные коробки. В бою танкисты вермахта являлись опасным и агрессивным противником, бортов под стволы не подставляли. Потери в боях сорокапятчики несли большие, поэтому фронтовые прозвища расчётов этих пушечек очень выразительны: «Прощай, Родина», «Ствол длинный – жизнь короткая», «Двойной оклад – тройная смерть!», а иногда ещё хлестче: «Смерть врагу, п…ц расчёту!». Василий Дитятев прошёл в противотанковой артиллерии всю войну – три года.

Ордена, омытые кровью

Ему, наверное, везло – прорывал блокаду, воевал под Демянском, гнал немцев в Прибалтике. В тяжёлых боях у Синявинских высот в сентябре 42-го был легко ранен, в июле 44-го получил контузию. Дослужился до капитана, помощника начальника штаба 1040-го истребительно-противотанкового полка. За храбрость, проявленную в боях, имел полный офицерский «бант» – орден Красной Звезды и ордена Отечественной войны 1-й и 2-й степени.

Первый орден – Красной Звезды – заработал за бои при снятии блокады в январе 44-го. Тогда старший лейтенант Дитятев наступал в боевых порядках пехоты со своими пушечками: «При прорыве оборонительной полосы противника умело и своевременно организовал огонь своих орудий на уничтожение огневых точек, оживших после артиллерийской подготовки, уничтожил при этом два пулемёта, заж­гли два ДЗОТа и подавили огонь 37-миллиметровой пушки. При взятии крупного опорного пунк­та – дер. Ягодкино – тов. Дитятев умело вёл огонь из орудий прямой наводкой по контратакующим немцам. Особенно отличился при взятии д. Каменево, где он сам из орудия подавил огонь станкового пулемёта, мешающего продвижению нашей пехоты».

Вторая награда – орден Оте­чественной войны 2-й степени – не заставила себя долго ждать. В феврале 1944 года старший адъютант дивизиона капитан Дитятев отличился при прорыве оборонительной полосы противника: «Находясь непосредственно в боевых порядках пехоты с орудиями, под его руководством уничтожено два пулемёта, две лошади, подавлен огонь 37-миллиметровой пушки. Лично сам сжёг пятью выстрелами автомашину с грузом».

Третий орден – орден Отечественной войны 1-й степени – ему вручили 1 октября 1944 года «За отличную организацию разведки полка и умелое руководство группами батарей, проявленное личное мужество, храбрость и инициативу».

Войско Польское

И тут его военная судьба сделала неожиданный поворот – в сентябре 1944 года вместе со многими десятками офицеров его перевели… в Войско Польское. Осенью 44-го формировалась польская армия, а офицерских кадров остро не хватало. Именно тогда было принято решение о переводе туда опытных офицеров РККА. Боевого артиллериста назначили командовать истребительно-противотанковым дивизионом 12-й пехотной бригады.

Вместе с польскими жолнерами Василий Георгиевич дрался в Польше и Померании. Неплохо освоил разговорный язык новых подчинённых. Бои с дивизиями СС на севере Германии были тяжёлыми. Не у всякого выдержат нервы, когда один на один на тебя выходит «Тигр», закованный в полсотни тонн крупповской стали. И стрелять по этому чудовищу можно только со 150–200 метров – ни дальше ни ближе. Капитан Дитятев заражал своих подчинённых спокойствием и выдержкой – можно подумать, что нервы у него стальные. И «Тигры» горели. Командование Войска Польского дважды за восемь месяцев боёв отметило храброго офицера Серебряным Крестом Заслуги.

День Победы Василий Георгие­вич встретил в немецком Штеттене. Уже в 1946 году майору Дитятеву вручили ещё две польские награды – медаль Освобождения и Золотой Крест Заслуги. Только в апреле 1947 года его демобилизовали из рядов Войска Польского. Без малого шесть лет он носил военную форму.

Заведующий облоно

Прерванная войной, продолжилась его педагогическая поэма. В июне 1947-го Василий Геор­гиевич Дитятев убрал военный мундир в шкаф и начал работать в Архангельском учебном комбинате, попутно доучиваясь в пединституте. Через год он приступил к обязанностям директора 23-й мужской средней школы им. А.С. Пушкина. В первые дни занятий он появлялся в военной форме с завесой орденов на груди, что произвело неизгладимое впечатление на школьников и учителей. Он проявил себя как талантливый организатор и блестящий педагог. Вскоре на лацкане скромного директорского пиджака появилась очередная награда – медаль Н.К. Крупской за успехи в воспитании детей.

Активная деятельность Василия Дитятева в должности директора не осталась незамеченной. 30 сентября 1960 года Архангельский областной Совет депутатов утвердил его в должности заведующего областным отделом народного образования. Шестнадцать лет руководил наш земляк всей сетью учебных заведений области.

В 60–70-е годы уделялось большое внимание строительству школ, техникумов, профтех­училищ, повышению качества образования. Все эти многообразные задачи решал завоблоно Дитятев. Работники образования тех лет вспоминают его как требовательного, порядочного, трудолюбивого, настойчивого в достижении цели человека. Особенно тесно он сотрудничал с руководителями Ненецкого окроно. Например, Михаил Михайлович Истомин, общавшийся с ним на протяжении десяти лет, отмечал: «Как госслужащий и земляк, он хорошо знал состоя­ние народного образования в округе, глубоко вникал в нужды окружных учреждений образования. Он часто бывал в округе, участвовал в работе окружных августовских совещаний учителей. Особое внимание Василий Георгиевич уделял вопросам укрепления материальной базы школ». При его непосредственном участии быстро решались вопросы строительства в округе новых средних школ – в Неси, Харуте, Великовисочном, Красном. Зданиям тем уже сорок лет, но они работают для детей и поныне. Почётный гражданин города Нарьян-Мара Ульяна Апполоновна Истомина также вспоминала о Василии Георгиевиче: «Его высоко ценили в Министерстве образования РСФСР... Заместитель министра Александров после беседы об училище заключил:

– У вас Дитятев, заведующий облоно, – умный мужик. Найдёт, чем помочь училищу».

За успешное руководство народным образованием Архангельской области его наградили орденом Трудового Красного Знамени, присвоили звание заслуженного учителя РСФСР. В 1976 году ему исполнилось 60 лет. Подошла к завершению педагогическая поэма Василия Дитятева.

После выхода на заслуженный отдых он прожил всего десять лет. В феврале 1984 года вышел на улицу прогуляться… Внезапно прихватило сердце, надорванное войной и работой. Упавшему мужчине с орденскими планками на пиджаке прохожие, поднявшие его, не догадались сунуть под язык таб­летку валидола, лежавшую в нагрудном кармане. Сердце его перестало биться…

Юрий Канев,

председатель РО РВИО в НАО