Есть люди, чья биография неотделима от истории родного края. Леонид Никифорович Кисляков один из них

В «Няръяна вындер» мы нередко публикуем его небольшие рассказы о жизни, прожитых днях и приключениях в тундре. А сегодня познакомим читателей с интересной историей, случившейся с оленеводом недалеко от деревни Вижас.

Но есть у Леонида Никифоровича и более монументальный труд – книга «История деревни Куи в документах и воспоминаниях».

На её страницах оживает образ отца, Никифора Васильевича, человека старой закалки. Для него, как и для всего военного поколения, труд был естественной формой существования. До семидесяти лет Никифор Васильевич не знал покоя: рыбачил, мастерил конскую упряжь, управлялся с сенокосом. Его авторитет строился не на должностях, а на безупречной честности и рабочем характере, который сын унаследовал сполна.

Леонид Никифорович родился 23 февраля 1948 года в деревне Никитца. Позже семья переехала в Кую. Большая река и заботы рыбаков с детства вошли в его жизнь, которую он посвятил рыболовству и родному округу. Уже в шестнадцать лет он руководил бригадой на колхозном участке Куя и прекрасно осознавал: доверие надо оправдать делом.

Понимая, что одного опыта мало, он получил образование сначала в Вельском техникуме, а затем окончил Ленинградский сельскохозяйственный институт, соединил теоретические знания с практикой.

Затем восемнадцать лет стоял во главе рыболовецкого колхоза «Северный полюс». До тех пор, пока земляки не доверили ему мандаты депутатов самых разных уровней –
вплоть до окружного Собрания.

Река тревог и надежд

Главный интерес и забота теперь уже ветерана труда Ненецкого автономного округа – это благополучие края, которое невозможно, как уверен Леонид Никифорович, без рыболовецкой отрасли. Для северян рыбалка – не развлечение и отдых, а нелёгкий труд, пропитание, смысл жизни.

Тревожит его, конечно, нынешнее состояние главной кормилицы людей в НАО – Печоры. Обмеление, падение уровня воды до критических отметок, заиливание нерестилищ – всё это ставит под угрозу не только популяцию ценнейшей рыбы, но и возможность судоходства.

Кисляков-старший вспоминает времена, когда русло реки регулярно чистили землечерпалки, затем песок баржами вывозили вверх по реке. Он убеждён: нельзя только брать у природы, ничего не отдавая взамен. Сохранение речного баланса требует системной работы и государственного подхода.

Нынешнее руководство округа во главе с губернатором Ириной Гехт смогло донести эту проблему до федерального центра. Проект модернизации порта Нарьян-Мара и запланированное дноуглубление дают надежду, что Печора вновь станет полноводной транспортной и рыбопромысловой магистралью.

Продолжатели династии

Главным своим достижением Леонид Никифорович считает не депутатские мандаты и производственные рекорды, а своих детей. Их у него четверо: две дочери и сыновья-близнецы.

Николай принял из рук отца руководство «Северным полюсом» и вывел хозяйство на новый уровень, сделав его современным предприятием.

Михаил возглавлял с 2003 по 2021 год СПК РК «Заполярье». Пройдя школу руководства колхозом, он с 2018 года представлял интересы северян в Архангельском областном собрании, а в 2021 году был избран депутатом Государственной думы РФ VIII созыва. В нём ярко проявились отцовская хватка, неравнодушие к проблемам людей и умение добиваться результата на законодательном уровне.

Леонид Никифорович уверен: основа воспитания – личный пример. Сыновья с малых лет были рядом с ним и на промысле, и в тундре, осваивая технику и тяжёлую мужскую работу. Дочери переняли от матери хозяйственность и домовитость.

Сегодня династия Кисляковых – это символ неразрывной связи поколений. Крепкие корни, пущенные их предками в печорскую землю, питают древо рода, давая силы детям и внукам нести дальше эстафету ответственности, труда и беззаветной любви к своему Северу.

Повезло человеку

Случилось это в январе 1991 года. Пятая оленеводческая бригада колхоза «Северный полюс» зимовала тогда в районе деревни Вижас и южнее неё, в борах.

Кормов было достаточно, олени паслись спокойно, а что ещё оленеводу нужно? Сухостоя для отопления палаток хватало, материал, какой необходим, для изготовления и ремонта нарт, хореев можно выбрать в лесу.

После ямданки пастухи и чумработницы поставили палатки – очень удобное и комфортное жильё, наши оленеводы давно стали им пользоваться.

Молодой пастух Григорий Латышев пошёл в ближайший лесок заготовить колья для переносного кораля. Метрах в ста от палаток нашёл на высоком холме подходящий березняк и уже приготовился рубить.

Снега в лесу было много, да ещё ночью подсыпало свежей пороши.
По колено в снегу поднялся он на бугор, стал отаптывать снег и вдруг провалился в медвежью берлогу.

Мощный толчок снизу выкинул его, как пробку из шампанского. Летя и переворачиваясь в воздухе, Гриша боковым зрением заметил, как могучий медведь, молча выскочил из берлоги и покатился по снегу в противоположную сторону.

Григорий в полном шоке, ничего не соображая, загребая руками снег, «поплыл» по нему, как по воде, вниз, к речке. Медведь, видимо, несколько очухался от неожиданного нападения и, порявкивая, уходил, человек его не видел. Ему несказанно повезло, что они со зверем оказались по разные стороны бугра.

Придя в себя, Гриша пошёл к становищу, доложил бригадиру Поликарпу Ивановичу Латышеву о происшествии. Посоветовавшись, пастухи решили пока ничего не предпринимать, потому что собаки вели себя спокойно, печи в палатках топились, и дым расходился над землей. А зверь, как правило, на запах дыма не идёт.

На вечерней связи с правлением колхоза пастухи сообщили о случившемся. Переговорив с Поликарпом Ивановичем, я принял решение выехать назавтра в бригаду с ружьём. Пока можно было не торопиться, обстановка там была спокойной.

Наутро вместе со своим заместителем Игорем Григорьевичем Пестовым и главврачом участковой больницы Владимиром Леонидовичем Синюшкиным поехали к оленеводам. Взял карабин в оружейке колхоза. Мужики взяли свои ружья. У оленеводов карабины уже давно изъяли из-за отсутствия разрешений.

По приезде в бригаду после короткого совещания двинулись к берлоге. Мы с Григорием, уже знакомым с местом происшествия, подошли к месту залежки зверя, я с карабином, он с колом. Мужики с ружьями остались метрах в пяти на страховке.

Следов свежих у берлоги не было, пар из логова не шёл, собаки не бросались, только взвизгивали и лаяли. Взяв карабин наизготовку, дал команду Григорию пошевелить колом в логове и ждать реакции. Охоты лезть в берлогу ни у кого не было, да и я бы не разрешил. Подождали, переговорили, покурили и пошли обратно. После этого медведь не появлялся, видимо, нашёл другое место и снова залёг до весны.

Порекомендовали оленеводам этой и других бригад тщательнее подбирать места стоянок, хотя кто может знать, где заляжет медведь.

Но в ближайшее время правление добилось, чтобы колхоз обеспечили огнестрельным оружием. Приобрели пятизарядные винтовки малокалиберные и выдали во все оленбригады. Провели с пастухами инструктажи по технике безопасности при обращении с нарезным оружием, разъяснили, как получить разрешение на хранение оружия и боеприпасов.

В описываемом случае очень здорово повезло и Григорию Латышеву, и медведю. Оба уцелели и, думаю, тоже оба запомнили это происшествие на всю жизнь.

Леонид Кисляков,
21 октября 2019 года