Интервью с экс-игроком сборной России по футболу.

И всё-таки удивительный человек. Лично для меня – спортивный кумир 90-х и немного нулевых. Столп обороны, сама уверенность и победитель французов на «Стад де Франс».

И вот он тут, передо мной, в одном из кабинетов ДЮЦ «Лидер». Улыбка, шутки из детства, ноль высокомерия. С председателем окружной федерации футбола Игорем Лузгиным Алексей общается на ты. Познакомились они ещё в Иркутске. Лузгин играл во второй лиге, Смертин – в первой. Там и начиналась карьера будущего игрока сборной России.

250 километров по пустыне

У нас, так сказать, коллективное интервью. Руководитель АНО «Осознанное родительство. Здоровое детство» Елена Горелик цепляет мастеру спорта России международного класса микрофон. Подслушиваю её вопросы, задаю свои. Тот самый Алексей Смертин из детства неожиданно для меня оказался более чем осязаем. Жму руку. Спортивный, худой, с невероятной силой и внутренней энергией. Ему 50, а амбиций и желаний – не на одну жизнь хватит.

Родом наш гость из Алтая, между прочим, почётный житель Барнаула. И тут разогревающая шутка с локальным оттенком. Любая алтайская бабушка может принять мяч, причём сразу с уходом на обострение.

– У нас очень много футболистов, казалось бы, футбол везде любят, а вот в Алтайском крае больше, чем в Кемеровской, Новосибирской и Омской областях вместе взятых, – рассуждает Смертин, откинувшись на спинку стула.

Многие знают Алексея как футболиста, но наш собеседник уже давно и успешно преодолевает марафонские дистанции, участвовал во всех шести World Marathon Majors: бегал в Чикаго, Берлине, Лондоне, Токио, Нью-Йорке, Бостоне. Преодоление себя в разных и порой экстремальных условиях – это его страсть. А с чего началось увлечение бегом?

– С того момента, как мне отец кинул мяч и я с ним побежал, – смеётся Алексей. – С одной стороны, шучу, а с другой, это чистая правда – футболист владеет мячом всего один процент игрового времени, и я всего-навсего лишил себя этого процента, завершив карьеру. В беге вижу некую медитативную сущность, метафизический смысл. Бегу, значит живу, существую. Так лучше себя чувствую. Усталость наступает, но потом идёт суперкомпенсация. А ещё светлые мысли. Человек в любом случае так устроен: живя в социуме, забегаешь мыслями куда-то вперёд. Там надо заплатить, тут успеть, совещание провести. Бег даёт возможность жить в моменте.
Как и футбол. Так как я с футболом расстался, неистово его любил, но потом закончил карьеру, то нужны были новые цели. Бег, конечно, не самый энергосберегающий вид спорта: сейчас тренируюсь даже больше. Когда готовился к Сахаре, у меня было 17 часов бега в неделю. Это много – больше тысячи минут. Так как не могу жить без цели, то мне сначала захотелось пробежать все шесть «мейджоров».

Здоровье надо зарабатывать

Кстати, о Сахаре. Это был самый жаркий во всех смыслах забег – 250 километров по пустыне:

– Я не только бежал, а ещё карабкался. Песчаные дюны, рюкзак 10 кг. Сам не знал, что это возможно, пока не попробовал. Мой мозг испугался на второй день. До этого я бежал 90 километров вокруг озера Эльтон. Это был ночной забег и длился он 8 часов 33 минуты. Но там ты прибежал и лёг спать, на следующий день восстанавливаешься. А здесь пустыня, уснуть невозможно, камни, песчаные бури, песок буквально везде: во рту, ушах, воде, пище. Ничего, находишь резервы. В пустыне узнал, что у боли есть свой потолок. Если тебе ножовкой не пилят ногу, иголки под ногти не суют, то в принципе к боли ты привыкаешь, договариваешься с ней. Она не острая, а всеобщая. А у страдания нет предела. Это уже выбор каждого. Можешь облегчить страдания и перейти на шаг или вообще завершить гонку. Но у меня не было такого.

– А первый марафон какой был?

– Московский. Вообще без подготовки, на футбольном прошлом пробежал, чуть не умер, сказал тогда, что больше ни за что не побегу.

– Хотелось всё бросить?

– Все, кто бегут первый марафон, так говорят. Артём Ребров (экс-футболист московского «Спартака». – Прим. авт.) пробежал и сказал – всё, больше не побегу. Некая стена возникает. Когда сил нет, накапливается усталость, это не футбол, где есть взаимовыручка. Тут ты один. Нужно терпеть вдолгую. Если ждать конца дистанции, то с ума сойдёшь, изведёшь себя, будет невыносимо. Нравится сам полёт, в котором находится твоё тело. Мне 50 лет, но я продолжаю познавать, на что способен мой организм.

– Когда бежите марафон в Оймяконе?

– 17 января.

– Уже начали готовиться?

– Там 50 километров. Скорее технически надо будет готовиться. Это специальные налокотники и наколенники из шерсти. Если ближе к 60 градусам, то нужно четыре слоя одежды, если меньше – три слоя, а ещё шерстяные носки поверх кроссовок, специальная баф-маска, потому что дышать полной грудью невозможно. А дистанция привычная.

– Какой режим у Алексея Смертина?

– Встаю в 5.30-6 утра, пью пуэр с двумя ложками мёда, в семь уже на тренировке. Час-полтора бег, потом полноценный завтрак, еду на электричке до города (живу в Подмосковье). Работа, если нужно – вторая тренировка после обеда, ужин. В десять вечера ложусь. Хороший сон – самое главное. С возрастом понимаешь, что отдых становится более важным. Организм восстанавливается медленнее.

Сейчас читаю книгу известного хирурга Николая Амосова. В ней отражены те принципы, которым я следую (известный хирург-кардиолог отмечал, что важно засыпать и просыпаться в одно и то же время и спать не менее 7–8 часов в сутки. – Прим.ред.).

Амосов, кстати, считал, и я с ним согласен, что здоровье нужно зарабатывать. Понимаю: чем старше ты становишься, тем ещё больше себя нужно утруждать.

Антропоптоз, постепенное угасание, как известно, с 28 лет начинается. А где-то с 40 работает дофаминовая система – это смыслы, принципы, цели, задачи, любовь к тому, чем ты занимаешься. Вот это и есть заработок здоровья.

Футбол в минус тридцать

В беседе затрагиваем важный аспект – семейный. Алексей глубоко убеждён, что в формировании личности участвуют три института:

– Институт семьи, на мой взгляд, это номер один. Соответственно, потом социум. Мы называли это двор – играем во дворе. И в моём случае ещё – детско-юношеская футбольная школа. Отец сформировал меня как личность, вложив некие лидерские качества, неуступчивость, требования к самому себе, несмотря на то, что футбол – коллективная игра. Особенно когда счёт не в твою пользу, хочется скинуть ответственность на кого-то, но ты-то в порядке, а они – нет. Отец постоянно говорил – требуй от себя самого. Даже во взрослом возрасте человек непостоянен, что уж говорить про ребёнка – сегодня хочу играть, завтра не хочу. У меня такого не было. «Не хочу» как класса не существовало. С самого детства для меня синонимы слова «хочу», «могу», «надо», «должен». И это всё благодаря отцу и его наставлениям. Зачастую пинкам. У него суровый был подход к этому делу. Если ты выходишь – будь добр, от начала и до конца играй. Я, безусловно, злился на него, но потом был благодарен.

Ребёнок ещё пробует, не знает, куда ему пойти, поэтому зачастую за него принимают решение родители. Мой путь предопределил отец, но благо я неистово любил футбол. В ДЮСШ познавал, что такое коллективные действия, а с ним я понимал, как действовать, если стану профессионалом. Он работал слесарем-коленвальщиком на производстве. Он не стал спорт­сменом, но решил: почему бы не сделать футболистами сыновей (старший брат Алексея, Евгений Смертин, тоже был профессиональным спортсменом. – Прим. авт.).

У нас никогда не было поблажек. Тренировались в любую погоду. В минус тридцать не шли в школу, но играли в футбол. Родителям зачастую нужно заставлять ребёнка, даже взрослые переменчивы в своих желаниях, а уж что говорить про ребёнка. Он поиграл, мозоль натёр, ему хочется потом в прятки поиграть или догонять. Вместо этого я шёл играть в футбол. Систематические занятия привели к тому, что через эту систему я выработал так называемый результирующий паттерн. То есть это привычка, которая приводит к результату.

Для меня выйти на поле – это абсолютно само собой разумеющееся. И внешние факторы не играют роли.

Я, рождённый в жёстких условиях, понимаю, что если ты хочешь из ребёнка сделать личность, то нужно тренироваться, тренироваться и ещё раз тренироваться. Чем меньше времени у тебя свободного, тем лучше.

– А нужно ли после тренировок детей вознаграждать?

– Вознаграждали тем, что мама делала уроки за меня. Причём не назову себя самым глупым человеком из футболистов. Я просто потом добирал определённо, но в школе не учился. Когда брат уже стал профессио­нальным футболистом, у нас появился компьютер. Я так залип, ребят приглашал поиграть. Отец увидел всё это, потом ушёл на кухню, пришёл минут через 30, а я опять играю. А он мне – 30 минут играешь в компьютер, час – на футбольном поле, час играешь в компьютер, два часа на футбольном поле. Я тут же перестал играть. 30 минут максимум.

Награда родителей – это внимание и требования к детям, но тут опять-таки нужно не осуществлять свою мечту, а дать возможность реализоваться ребёнку.

– За время карьеры вы играли в разных клубах. Было ли сложно вливаться в новый коллектив, новую команду? Может быть, дадите какие-то советы начинающим спортсменам?

– Тяжело всегда, даже будучи взрослым опытным футболистом. Тем более сказывается незнание языка. Боишься, но делаешь. Не встречал людей, которые бы не боялись.

Чем лидер отличается от нелидера? Лидер боится и делает, а нелидер боится и не делает. Это всё. Когда я переходил в другой клуб, переезжал в другую страну, я боялся, но страх переборол и всё доказал на футбольном поле. Особенно во Франции. Когда французы начали со мной разговаривать, не замедляя речь, то я понял, что свой. И тут сразу вырос уровень моего мастерства, вклада в командные действия. Страх – это нормально.

О стальной воле и Моуринью

Алексей Смертин работает в Российском футбольном союзе: возглавляет департамент устойчивого развития и социальной ответственности. Занимается людьми с инвалидностью, вовлекая их в футбол.

– Футбол самая широкая площадка для всех нозологий. Играют слепые, глухие, лица с интеллектуальными нарушениями, есть дисциплина – футбол на электроколясках. У нас работает флагманский проект «Стальная воля», в который вовлечено около 700 человек. Добавляем смыслы людям, социализируем, проводим соревнования, меняем судьбы, хоть это и звучит громко, но это так. Кто-то долго сидел дома, а сейчас играет в футбол, общается. Так что футбол из моей жизни не ушёл, считаю, что мы делаем важное дело.

– Вы ещё и в Сколково выступаете?

– Видно по речи? Поднаторел! (смеётся). Да, выступаю как ментор. Моя задача – с футбольного поля перекидывать мостики в плоскость бизнеса. Через аллегории, метафоры, собственный опыт. Недавно мне дали официальный статус эксперта бизнес-школы «Сколково».

Так что в моей жизни сейчас три направления: работа с инвалидами, бег как замена футболу и преподавательская деятельность.

– Тут наши юные читатели спрашивают. Моуринью крутой?

– Крутой. Лидер-достигатор, стратег. Он изменил целеполагание для меня. Мне было тридцать, когда он зашёл в раздевалку и сказал, что вы лучшие игроки в лучшем чемпионате, но вы не выиграли чемпионат Англии и Лигу чемпионов, а я выиграл и приехал побеждать с вами.

Карьера футболиста коротка и не определяется нулями на банковском счёте, а медалями и победами. «Челси» не становился чемпионом страны 50 лет, и я попал в ту команду, которая сразу победила, а ещё выиграла Кубок. Моуринью выжимал нас, относился скорее как к материа­лу. По душам с ним было не поговорить. Всё время надо было доказывать, что ты лучший. Сегодня ты вроде бы в порядке, а в следующей игре – уже на скамейке запасных.

– Скажите пару напутственных слов нашим детям, родителям.

– На самом деле, три составляющих, которые приводят к результату в футболе, в командных видах, да и в другой деятельности, не связанной со спортом. Это любовь к тому, чем ты занимаешься. Требования к себе самому, а не к партнёру, коллеге. И недовольство самим собой. Не самоедство, а именно недовольство. То есть рефлексия, работа над ошибками. В любом случае мы совершаем ошибки, и, повторюсь, это нормально. Другое дело, как ты поработал над ними. Это даёт тебе возможность прогрессировать.

Вот, на мой взгляд, самые важные три составляющие. Их я перенял от отца, и они всегда мне приносили успех.

Справка «НВ»

Мероприятия с участием Алексея Смертина проведены федерацией футбола НАО на средства гранта окружного департамента внутренней политики. Социальный проект «Футбол для всей семьи» включает проведение товарищеской встречи между детьми и родителями, организацию матчей детской футбольной лиги, мастер-класс со звёздами российского футбола.